MENU
Главная » Статьи » Иные статьи

Самоотверженный сокол, Герой России Дмитрий Тормахов

Самоотверженный сокол

Тормахов Дмитрий Дмитриевич

Родился 23 ноября 1921 года в городе Брянске. Затем жил в Калининской (ныне Тверская) области. Окончил 9 классов железнодорожной школы № 19 – сегодня это гимназия №7 города Торжка. С августа 1940 года Дмитрий Тормахов в рядах Красной Армии. Войну встретил курсантом Батайской военной авиационной школы лётчиков, после окончания которой, в июне 1942 года, был направлен в 25-й запасной авиационный полк для практического обучения. С августа по декабрь 1942 года служил в 773-м ИАП (в то время полк был на переучивании и пополнении), затем по апрель в 1943 года в 269-м ИАП и уже по май 1945 года – в 267-м ИАП. Был младшим лётчиком, пилотом, старшим пилотом, командиром звена, заместителем командира эскадрильи, и уже командиром эскадрильи встретил Победу. За войну Дмитрий Дмитриевич прошёл путь от сержанта до старшего лейтенанта. Боевую работу начал в январе 1943 на истребителе ЛаГГ-3 в битве за Кавказ – в 269 ИАП (236-я ИАД, 5-я Воздушная армия)…

269-й ИАП базировался в Лазаревском под Сочи и оборонял порты Черноморского побережья Кавказа и сам город-курорт, с расположенными в нём десятками госпиталей. Первую победу на ЛаГГ-3 сержант Тормахов одержал уже 4 февраля 1943 года, сбив вражеский истребитель Bf.109 северо-западнее Геленджика. А 22 февраля молодой лётчик самоотверженно участвует в рискованной схватке, начавшейся севернее Анапы – в глубине захваченной противником территории. В паре с ведущим, младшим лейтенантом П.М. Камозиным, они перехватили пару «Мессеров», пытавшихся атаковать штурмовики Ил-2. Двумя очередями Камозин зажёг один Bf.109, а второй в панике скрылся в облаках. Довольные одержанной победой, наши лётчики простились со штурмовиками, выполнившими боевую задачу, и взяли курс на свой аэродром. Уцелевший «Мессершмитт» отсиделся в облаках, а затем внезапно атаковал самолёт ведущего. У Тормахова не оставалось времени для встречной атаки и он бросил свой ЛаГГ под пулемётно-пушечные трассы, приняв огонь на себя. Противник ликовал рано – самолёт Тормахова получил серьёзные  повреждения, но остался управляем. Немец решил добить «подранка», а Дмитрий, уверенный, что Камозин прикроет своего отчаянного ведомого, собрался ему подыграть. Прекратив маневрировать и подставившись под новую атаку противника, Тормахов увидел заходящий немцу в хвост истребитель командира. Решив бить наверняка, немец медленно сокращал дистанцию, не видя Камозина. И в напряжённом ожидании его прицельного огня ловушка сработала – ведущий, залпом со всех стволов, развалил Bf.109 на куски…

28 февраля Дмитрий Тормахов сбивает второй Bf.109. А 18 марта 1943 года в составе звена ЛаГГ-3 и 8-ми Як-1 сержант Тормахов принял участие в воздушном бое с группой из 20-ти Ju.87, державших курс на Геленджик, и 8-ми Bf.109 прикрытия. Атаку ЛаГГов попыталась сорвать одна из пар «Мессеров». Один из них атаковал самолёт Тормахова, но промахнулся. Bf.109 проскочил при выходе из атаки вперёд. Тормахов использовал свой шанс и его очереди вспороли фюзеляж «худого».  Повреждённый,  дымящий «Мессер» вышел из боя. Второй Bf.109 в это время крутил боевую карусель с парой Яков. Тормахов прекратил эту схватку, сбив «Мессершмитт» длинными очередями с дистанции 100-70 метров. После этого преследовал бомбардировщики противника.  Группой наших истребителей в этом воздушном бою было сбито 8 самолётов противника – 4 Ju.87 и 4 Bf.109. Своих потерь не было.


Сержант Д.Д. Тормахов в апреле 1943 года на Кубани

 

В представлении сержанта Тормахова к награждению орденом «Красного Знамени» отмечено: «В воздушных боях смел, энергичен, смекалист. Когда сержант Тормахов бывает ведомым, ведущие им всегда довольны, т.к. знают, что у них сзади надёжное прикрытие. За отличное выполнение боевых заданий неоднократно назначался ведущим пары. Всегда применяет взаимовыручку – это для него закон, поэтому среди лётного состава пользуется большим деловым авторитетом. В работе скромен, с товарищами общителен, всегда делиться опытом боевой работы… За 63 боевых вылета, три сбитых самолёта противника представляется к Правительственной награде орденом «Красное Знамя».

Очередной воздушный бой лётчик провёл 18 апреля в составе шестёрки ЛаГГов. После патрулирования над плацдармом в районе Мысхако, уже над своим аэродромом, со стороны солнца заходящий на посадку ЛаГГ-3 атаковали немецкие истребители – излюбленный приём воздушных «охотников». Тормахов сорвал эту внезапную атаку пары «Мессеров» на пикировании, а на выходе из атаки «охотники» уже сами превратились в добычу. Тормахов сбил один Bf.109 северо-восточнее Кабардинки, а второй тяжело повредил. Немецкий истребитель вышел из боя, волоча за собой шлейф дыма. «Эксперт» (ас), лейтенант  Вольфганг Эттель, всё-таки сумел дотянуть свой повреждённый самолёт до аэродрома.

 20-го и 21-го апреля Тормахов сбивает по одному Bf.109. 25-го апреля в районе Новороссийска ещё два Bf.109. Вскоре полк сняли с фронта, так как в части оставалось всего 6 боеспособных самолётов. Эти машины вместе с лётчиками, в числе которых был и Дмитрий Тормахов, передали в 267-й ИАП.

К этому моменту Тормахов сражался уже в течение 3,5 месяцев, выполнил 90 боевых вылетов, провёл 30 воздушных боёв и одержал 9 личных побед. Был награждён 17 октября 1943 года орденом «Красного Знамени», а 25 апреля 1943 года сразу двумя орденами – орденом Отечественной войны II и I степеней.

Свой 10-й самолёт противника молодой ас сбил 3 мая (He.111 в районе Шибик-2), получив право быть представленным к званию Героя Советского Союза.  Но 27 мая 1943 года, Дмитрий Тормахов не вернулся из 99-го боевого вылета. В списки полка лётчик был занесён как пропавший без вести и скорбную весть сообщили родным в Торжок. Только через несколько дней мать Дмитрия получила его письмо, отправленное из госпиталя.

На самом деле ему удалось покинуть подбитый, горящий истребитель. Обожжённый пилот приземлился прямо на минное поле, однако судьба хранила юношу – его чудом спасли красноармейцы. Почти два месяца Дмитрий провёл в госпитале. В августе Тормахов вернулся в полк, перевооружённый к этому времени на Як-1. Поразительно, что прошедший по донесениям о потерях, но уцелевший и вернувшийся в свою часть Дмитрий Дмитриевич, после во всех наградных документах проходит уже под фамилией Тормохов – хотя все остальные личные данные те же. Видимо внезапное «воскрешение» самоотверженного лётчика так необычно повлияло и на фронтовую канцелярию…


Донесение о потерях

 


Донесение о потерях в военкомат

 


Сообщение из военкомата - Обнаружен живым в госпитале

 


Возвращение в списки проходящих службу

 

Со своим полком Дмитрий Тормахов сражался в небе Кубани, Крыма, Украины, освобождал от врага Румынию, Югославию, Венгрию. Начав войну рядовым лётчиком, он последовательно прошёл все лётные должности становления боевого авиационного командира – был старшим лётчиком, командиром звена, заместителем командира эскадрильи, затем её командиром.

До конца войны Дмитрий Дмитриевич воевал только на Яках. Одной из его машин был именной Як-9Т «Освобождённый Донбасс» с бортовым номером «37». Эти истребители были подарком фронту от рабочих одной из шахт Донбасса. В годы войны труженики тыла отдавали свои сбережения не только на отдельные самолёты, но и на звенья и даже эскадрильи самолётов. Почин саратовцев, которые собрали в декабре 1942 года 35,5 миллионов рублей на постройку авиационной эскадрильи в помощь Сталинградскому фронту, нашёл широкую поддержку в городах и сёлах страны. В течение лишь 1943 года советские лётчики получили 1360 истребителей, штурмовиков и бомбардировщиков, построенных на средства советских людей. Не остались в стороне от мощного движения в помощь фронту и многие районы страны, испытавшие на себе последствия вражеского нашествия. Из уст в уста переходили вести о боевых делах эскадрильи истребителей капитана Антипова, надёжным замом которого был Дмитрий Тормахов. Каждый лётчик этой эскадрильи сбил по нескольку вражеских самолётов. На счету эскадрильи были сотни боевых вылетов, десятки сбитых самолётов противника. А на фюзеляжах краснозвёздных машин значилось: «Освобождённый Донбасс». Словно мощная волна, всколыхнувшая души людей, приподнявшая их над тяжёлыми заботами и горькими невзгодами военных лет, прошумел и по земле Донбасса призыв помочь Красной Армии в строительстве грозной боевой техники…
Дмитрий Дмитриевич был искусным воздушным бойцом, умелым тактиком, способным моментально принимать верные решения. Он был одним из лучших воздушных разведчиков дивизии. За отлично проведённую разведку по обнаружению танков противника на Никопольском плацдарме в январе 1944 года он был награждён вторым орденом «Красного Знамени». Вот строки из наградного листа: «Лейтенант Тормахов с 5 ноября по 18 января систематически вёл разведку на Нокопольском плацдарме. Во всех вылетах давал правдивые данные о противнике, донесение давал по радио непосредственно на КП наземных войск и КП командующего 8 ВА. Разведку тов. Тормахов выполнял при самых неблагоприятных метеоусловиях и всегда выполнял задание».

Во время одного из жарких боёв при прикрытии штурмовиков Тормахов парой успешно связал боем звено Fw.190, пытавшихся сорвать штурмовку. За тот бой в ноябре 1944 он был удостоен ордена Александра Невского. Вот выписка из наградного листа:

«Тов. Тормахов принимал активное участие в боях по разгрому противника в Львовской, Станиславской и Кишинёвской операциях. На выполнение боевых заданий летал только ведущим группы истребителей. Под его руководством истребители умело прикрывали штурмовиков Ил-2, так что за весь период времени не было ни одного случая потери самолётов Ил-2 от воздействия противника в воздухе.

21.7.1944 года на 1-м Украинском фронте при сопровождении штурмовиков в район Роготин группа Як-1 в количестве 4-х самолётов при подходе к цели из-за облаков была атакована 4-мя ФВ-190. Тов. Тормахов дал команду одной паре прикрывать штурмовиков, а сам с ведомым вступил в неравный бой. В результате боя было сбито 2 ФВ-190, одного из них сбил старший лейтенант Тормахов. Участвуя в боях по ликвидации Белградской группировки противника тов. Тормахов за 4 дня произвёл 10 вылетов на штурмовку живой силы и техники противника, одновременно производя разведку войск противника. Благодаря его хорошей, развитой осмотрительности, всегда доставлял ценные разведданные о противнике».

В одном из напряжённых боёв на территории Румынии Дмитрий Тормахов прорвался через сильный заградительный огонь и прямо на аэродроме противника уничтожил вражеский истребитель…

В течение зимы и весны 1945 года, наряду с выполнением боевых заданий, Тормахов вёл инструкторскую работу по подготовке лётчиков 113-го ИАП ВВС Югославии. В освобождённой Югославии Дмитрий Дмитриевич и встретил Победу. За свою боевую и инструкторскую работу сразу же после окончания войны он был награждён югославским орденом «За храбрость».

К концу войны на его счету было 366 боевых вылетов, 34 из них на нанесение штурмовых ударов по наземным целям, 86 на разведку и 186 на сопровождение бомбардировщиков и штурмовиков. Он провёл 71 воздушный бой, сбил 14 самолётов противника лично (8 Bf.109, 2 He.111, по одному Fw.190, Bf.110, Ju.87, Ju.88) и 2 в группе (Bf.109 и Fw.190). Ещё 2 самолёта (Bf.109 и Ju.52) уничтожил на земле, при штурмовке аэродромов. При нанесении ударов по наземным целям вывел из строя 2 паровоза, 20 железнодорожных вагонов, 18 автомашин, 8 повозок с грузами и истребил до 200 солдат противника.

Дмитрий Дмитриевич воевал на Северо-Кавказском, Южном, 4-м Украинском, 3-м Украинском, 1-м Украинском фронтах. В феврале 1945 года представлялся к званию Героя Советского Союза, но вновь не получил его. По видимому представление остановили из-за того, что его личный счёт со времени последнего награждения вырос не так значительно, как у истребителей на других участках фронта.  Воздушные бои в Югославии тогда были единичными и поэтому истребители активно привлекались к атакам наземного противника.

После войны Дмитрий Дмитриевич продолжал служить в ВВС. Окончил командный факультет Военно-Воздушной академии, был на различных командных должностях в ВВС. В сентябре 1954 года участвовал в учениях с применением тактического ядерного оружия на Тоцком полигоне.

В ноябре 1974 года вышел в запас. На протяжении многих лет вёл переписку с однополчанами, разъехавшимися по разным уголкам страны.  Был председателем Совета ветеранов Лазаревского района.

Вся жизнь Дмитрия Дмитриевича Тормахова – это настоящий подвиг. У него свыше тридцати правительственных наград, из них 11 орденов: 3 ордена Красного Знамени, 3 ордена Отечественной войны (два I степени и один II), 3 ордена Красной Звезды, орден Александра Невского и югославский орден «За храбрость»; 3 болгарских медали, 20 медалей России. Правительства Югославии и Болгарии справедливо отметили героизм, отвагу и мужество этого замечательного человека. О судьбе бесстрашного лётчика и очень скромного человека писало «Новое русское слово», издающееся в Америке.

Героем Дмитрия Дмитриевича называли ещё в 1943. Но лишь Указом Президента РФ от 19 февраля 1996 года № 212 за мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов, полковнику в отставке Дмитрию Дмитриевичу Тормахову было присвоено звание Героя Российской Федерации с вручением медали «Золотая Звезда» (медаль №254).

Дмитрий Дмитриевич Тормахов умер 18 июня 2002 года. Он похоронен на «Горке Героев» в Лазаревском районе города Сочи. Это был человек великой души, огромной отваги, порядочности и целеустремлённости.

В школе № 99 города Сочи создана комната боевой славы памяти Героя России, бывшего лётчика 236-й Львовской Краснознамённой истребительской авиационной дивизии, полковника Дмитрия Дмитриевича Тормахова. В честь Героя и почётного гражданина в Лазаревском районе города Сочи появилась улица Тормахова. Помнят своего выдающегося земляка и на его родной Брянщине.


Тормаховы - фотография из архива Александра Петровича Романова. На заднем плане за правым плечом Дмитрия Дмитриевича Тормахова сын его боевого командира, Павла Михайловича Камозина - Михаил Павлович Камозин

 

Список известных воздушных побед Дмитрия Дмитриевича Тормахова:

Д а т а

Противник

Место падения самолёта или
проведения воздушного боя

Свой самолёт

04.02.1943

1 Ме-109

севернее Геленджика

ЛаГГ-3

28.02.1943

1 Ме-109

Южная Озерейка

18.03.1943

1 Ме-109 (в паре)

Геленджик

12.04.1943

1 Хе-111

Афинская

16.04.1943

1 Ме-109

Абинская

18.04.1943

2 Ме-109

северо-восточнее Кабардинка

20.04.1943

1 Ме-109

Мысхако

21.04.1943

1 Ме-109

25.04.1943

2 Ме-109

район Новороссийска

03.05.1943

1 Хе-111

Шибик-2

04.10.1943

1 Ю-88

Ворошиловка

Як-1

25.11.1943

1 Ю-87

Ушкалка

21.07.1944

1 ФВ-190

северо-западнее Поморжаны

Як-9

Всего сбитых самолётов - 14 + 1; боевых вылетов - 368; воздушных боёв - 68.

 

«История некоторых именных самолётов» – статья на сайте «Красные Соколы»

 

Лётчик-ас Тормахов Дмитрий Дмитриевич

В феврале 1996 года, накануне Дня Защитника Отечества, Указом Президента Российской Федерации большая группа участником Великой Отечественной Войны была награждена государственными наградами Российской Федерации.

За мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, звание Героя Российской Федерации было присвоено троим. Одним из них был лётчик-истребитель Дмитрий Дмитриевич Тормахов…

Он родился 23 ноября 1921 года в городе Брянске в семье железнодорожника. Детство и юность провёл в небольшом Торжке. Подобно многим своим сверстникам мечтал стать лётчиком. В нескольких километрах от его школы находился аэродром, и Дима часто приходил к его ограде, с детским любопытством подолгу засматриваясь на самолёты. Учился прилежно. Окончив 9 классов, в августе 1940 года поступил в Батайскую военно – авиационную школу пилотов имени Анатолия Константиновича Серова. Готовили в ней на истребитель И-16, считавшийся тогда лучшим в советских ВВС.

Осенью 1941 года училище эвакуировали в Азербайджан. Здесь 20-летний Дмитрий Тормахов закончил курс обучения и, получив звание сержанта, в составе небольшой группы выпускников был направлен в начале июня 1942 года в 25-й запасной авиационный полк. Два месяца службы в нём успеху в лётном деле не способствовали, так как всё внимание командование уделяло переучиванию и комплектованию маршевых полков. Сержант Тормахов и его товарищи летали редко - сказывалась острая нехватка бензина, а потому изучение новой техники происходило в основном в перерывах между нарядами.

Наконец, в начале августа 1942, Дмитрия Тормахова направили в 773-й ИАП, находившийся на переучивании и пополнении. Здесь ему предстояло освоить истребитель ЛаГГ-3, на который перевооружался полк. В то время эта машина уже не относилась к числу современных, и сильно уступала немецкому Bf.109G. За своеобразную форму фюзеляжа армейские острословы прозвали ЛаГГ-3 «таранькой с икрой».

В конце ноября полк завершил программу переучивания и начал готовиться к вылету на фронт. Первоначально предполагалось, что часть войдёт в состав 4-й Воздушной армии. Однако в это время в ВВС РККА уже полным ходом шла реорганизация: авиаполки получали третьи эскадрильи, а часть двухэскадрильных (в том числе и 773-й ИАП) была расформирована.

2 января 1943 года 15 лётчиков полка на своих самолётах перелетели на аэродром Лазаревское, северо-западнее Сочи, где вошли в состав 269-го ИАП (236-я ИАД, 5-я Воздушная армия). А уже через 3 дня сержант Тормахов выполнил свой первый боевой вылет на прикрытие Туапсинской военно-морской базы. За ним последовали другие.

2 февраля Дмитрий вылетел на разведку в паре со старшиной Орестом Петровичем Александровским. В районе станицы Абинская их обстреляла зенитная артиллерия противника. Самолёт ведущего был подбит. Решили садиться на ближайший аэродром в Геленджике. На подходе у Александровского заклинило мотор, и потерявший скорость ЛаГГ-3, зацепил верхушки деревьев и рухнул на землю. При ударе машина развалилась, но лётчик уцелел, хотя и получил серьёзное ранение.

Садившийся следом Дмитрий немного не рассчитал: самолёт выкатился за кромку лётного поля и, угодив колёсами в канаву, чиркнул лопастями винта по земле. Концы двух лопастей оказались погнутыми. В ремонтной мастерской тут же на аэродроме их обрезали, и в дальнейшем, Тормахов так и летал на самолёте с укороченными лопастями пропеллера.

В Лазаревское он уже не вернулся. На следующий день в Геленджик перелетела 1-я эскадрилья 269-го авиаполка, а ещё через 9 суток прибыли и две остальные.

К этому времени под Новороссийском был высажен советский морской десант, и немцы, рассчитывавшие его быстро сбросить в море, начали стремительно стягивать силы. Советское командование, не располагавшее на этом направлении крупными резервами сухопутных войск, попыталось компенсировать их отсутствий усилением своей авиационной группировки.

4 февраля молодой лётчик открыл свой боевой счёт, сбив севернее Геленджика немецкий истребитель Bf.109.

Становление Дмитрия Тормахова как лётчика-истребителя проходило быстро, тем более, что мастеров воздушного боя в полку хватало: капитан Валерьян Михайлович Турыгин, лейтенанты Михаил Иванович Поджары, Иван Фёдорович Симонович, Ефтихий Филиппович Руденко, младший лейтенант Павел Михайлович Камозин. Общение с этими лётчиками многому научило Дмитрия.

Памятным для него стал совместный боевой вылет 22 феврали 1943 года. В этот день в составе пятёрки ЛаГГов они сопровождали штурмовики морской авиации. Боевое задание было выполнено успешно. На дороге вблизи станицы Варениковская Илы разгромили вражескую колонну, уничтожив свыше 30 автомашин и дюжину повозок с грузами. На обратном пути в воздухе появилась пара «Мессеров». Позднее Дмитрий вспоминал:

«Мы увидели, как пара Ме-109 попыталась атаковать штурмовик. Камозин, не колеблясь, ринулся в бой. Я - за ним. Немцы, заметив нашу атаку, рванулись вверх. Мы, разогнавшись на пикировании, на большой скорости сделали «горку» и выскочили им в хвост. «Мессершмитты» попытались уйти переворотом, но Камозин дал очередь, и один из «Мессоров», оставляя шлейф дыма, пошёл вниз. Развернувшись, мы огляделись. Второго Ме-109 нигде не было видно. Ведущий подал команду возвращаться домой.

Спокойно уйти, однако, не удалось. Напарник сбитого Ме-109 лишь сделал вид, что покинул поле боя. Маскируясь облачностью, он выжидал выгодного момента для атаки и, незаметно сблизившись с нашей парой, попытался атаковать...»

Увидев, как откуда-то сбоку вывернул «Мессер», Тормахов понял, что не успеет атаковать, и тогда он сделал то единственное, что ещё мог сделать ведомый для своего ведущего: прикрыл машину командира своим самолётом...

Очередь, предназначенная Камозину, пришлась но фюзеляжу тормаховского ЛаГГа. Даже сквозь гул мотора Дмитрий услышал глухие удары разрывов 20-мм снарядов, сухую дробь щелчков и треск обшивки. Но огня не было, шевельнул рулями – слушаются. Развернувшись, он пошёл за основной группой.

Противник, потеряв Камозина в облаках, решил окончательно расправиться с подбитым советским истребителем. Оторваться не удалось: более скоростной Bf.109 быстро приближался.

О том, что произошло далее, вспоминает Дмитрий Дмитриевич:

«Я огляделся в поисках самолёта ведущего и вскоре заметил его за хвостом «Мессера». Тогда я схитрил: перестал маневрировать и пошёл по прямой, постепенно сбрасывая скорость. Немец, увлечённый преследованием, не замечал нависшей над ним опасности. Огня не вёл: стремился подойти на минимальную дистанцию, чтобы ударить наверняка. Я в этот момент думал лишь о том, кто ударит первым?»

Первым успел ударить Камозин, почти в упор расстрелявший вражеский истребитель длинной очередью. Как следует из трофейных документов, сбитый «Мессер» пилотировал хорват – обер-фельдфебель Й. Ципик (J. Cipic), сражавшийся в составе немецкой истребительной эскадры JG 52.

С улучшением погоды накал боёв стал быстро нарастать. 18 марта 1943 года вместе с лётчиками 6-го Гвардейского истребительного авиаполка ВВС Черноморского Флота их эскадрилья прикрывала Геленджикскую военно-морскую базу. Вместе со своим другом сержантом Демьяном Васильевичем Рязанцевым (Дёмой), вылетел по сигналу «Воздушная тревога!» на перехват вражеских самолётов и Дмитрий.

В 15-20 километрах от берега друзья увидели три девятки «лаптёжников», идущих сомкнутым строем над самой поверхностью воды. После первой же атаки советских истребителей началась свалка. Внезапно откуда-то сверху «свалилась» пара «Мессеров», но неудачно: один из немецких пилотов, не рассчитав скорость, проскочил вперёд. Тормахов дал длинную очередь и Bf.109, вильнув, со снижением пошёл на северо-запад, разматывая белый шлейф гликоля.

Не раздумывая, Дмитрий ринулся в погоню. Почти одновременно к «Мессершмитту» слева устремился ещё один Як. Но Тормахов оказался ближе: поймав врага в прицеп, он дал одну за другой две длинные очереди, и вражеский истребитель камнем рухнул в море.

После приземления Дмитрий увидел, как в сторону его машины, размахивая руками и ругаясь, спешит незнакомый офицер. Это был командир 6-го гвардейского авиаполка, Герой Советского Союза, майор Михаил Васильевич Авдеев. Оказалось, что сбитый Тормаховым «Мессер» срезал перед этим ведомого Авдеева и комполка, горя жаждой мести, хотел посадить подбитую вражескую машину на свой аэродром. Ну, а Тормахов, выходит, помешал ему...

Несомненно, черноморский сокол Михаил Васильевич Авдеев был бы не столь строг, если бы знал, что очередь Тормахова поразила самолёт одного из лучших асов из 5/JG 52 – обер-фельдфебеля Г. Киворры (G. Kiworra). В бою над районом Геленджика он одержал свою 38-ю победу, а через несколько дней его тело волны выбросили на турецкий берег...

Молодой сержант мало-помалу набирал опыт. С каждой новой схваткой в воздухе он оттачивал искусство пилотирования самолёта, росло его тактическое мастерство, закалялась воля к победе. Всё это, помноженное на личную отвагу, позволило ему выжить в огненном небе. Вскоре по числу сбитых самолётов он догнал лучших лётчиков полка, имеющих богатый боевой опыт. Однако противник не собирался уступать господство в воздухе, и в середине апреля на южном фланге советско-германского фронта развернулось ожесточённое воздушное сражение.

Особенно запомнился Дмитрию Тормахову воздушный бой 18 апреля. С утра шестёрка ЛаГГов прикрывала свои наземные войска на плацдарме в районе Мысхако. Когда возвращались на свой аэродром, Дмитрий садиться не спешил. Уже не раз немецкие «охотники», незаметно подкравшись к аэродрому, сбивали наши самолёты во время захода на посадку.

Уйдя в сторону гор, Тормахов внимательно осматривал небо. Так и есть. Пара «Мессеров» заходила в атаку на приземлявшийся советский истребитель. Дмитрия они, видимо, не замечали. Круто спикировав, молодой ас зашёл в хвост «охотникам». В последний момент «Мессершмитты» рванули вверх, уходя из-под удара. Немцы рассчитывали, что более тяжёлый ЛаГГ-3, погнавшись за ними, первым «провалится», и тогда они расстреляют его сверху. Однако Тормахов, набравший на пикировании высокую скорость, уверенно потянул ручку управления на себя.

Оба «Мессера» стремительно уходили в зенит, стремясь скрыться в лучах слепящею солнца, но одинокий ЛаГГ не только не отставал, но и с заметной скоростью сокращал дистанцию. Вот ведомый Bf.109 уже в прицеле. Длинная очередь – и стервятник с дымом переходит в своё последнее пике. Впереди – ведущий вражеской пары, но мотор ЛаГГа уже захлёбывается от перегрузки. Буквально за мгновение до того, как его истребитель, потеряв скорость, сорвался вниз, Дмитрий успевает дать прицельную очередь, и второй Bf.109 начинает дымить.

В течение всей войны «поимка» даже одного немецкого «охотника» считалась несомненным успехом, а тут сразу два! Командование по достоинству оценило мастерство молодого пилота, наградив Дмитрия орденом Отечественной войны I степени.

Однако на основе анализа трофейных документов, к сожалению, приходится уточнить, что лишь первая очередь Дмитрия Тормахова оказалась по-настоящему губительной для противника: ведомый – унтер-офицер Г. Пабст (H. Pabst), видимо, был убит ещё в воздухе, и разбился вместе с самолётом. Что же касается ведущего – лейтенанта В. Эттеля (W. Ettel), то он на повреждённом истребителе благополучно вернулся на аэродром базирования своей 4/JG 3, где и доложил о 82-й одержанной победе.

В ожесточённых боях полк быстро таял. Погибли Михаил Поджары, Иван Симанович и многие другие лётчики. На 23 апреля в строю осталось лишь шесть исправных боевых машин, и командование решило вывести 269-й истребительный авиаполк на переформирование. Оставшиеся самолёты и часть личного состава приказано было передать в соседний 267-й истребительный авиаполк. В числе уцелевших оказался и Дмитрий Тормахов, которому было присвоено в эти дни звание младшего лейтенанта. Придя в дивизию менее четырёх месяцев назад молодым и неопытным лётчиком, он считался теперь одним из лучших воздушных бойцов всего соединения, имея за плечами 90 боевых вылетов, 30 воздушных боёв и 9 сбитых самолётов противника.

В начале мая Дмитрий Тормахов одержал свою 10-ю победу. По неписаному закону это давало ему право называться коротким, но очень ёмким и значимым для любого лётчика-истребителя словом «ас».

В новом полку молодой лётчик освоился быстро. Всё чаще его стали назначать ведущим пары, причём ведомыми нередко оказывались более старшие по воинскому званию и должности пилоты.

Согласно приказу наркома обороны СССР № 0299 от 19 августа 1941 года лётчику-истребителю звание Героя Советского Союза могло быть присвоено за 10 сбитых самолётов противника, и Дмитрий Тормахов считался в полку первым кандидатом на получение этой высокой награды. Но, как говорится, не судьба...

Это случилось 27 мая 1943 года. Тормахов выполнил в этот день уже два боевых вылета, готовился к очередному. Перед взлётом к нему подошёл заместитель начальника политотдела 236-й истребительной авиадивизии майор Петрос Григорьевич Мелконян и сказал: «Дима, давай, сбей ещё одного, и мы будем писать тебя на Героя!»

Шестёрка ЛаГГов вылетела на сопровождение штурмовиков. При подходе к Молдаванскому, группу атаковали 8 Bf.109 и 2 Fw.190. Увидев, как один из «Мессершмиттов» атакует наш Ил-2, Тормахов кинулся на выручку, открыв заградительный огонь. Ещё секунда, и «Мессер» окажется в перекрестии прицела, но в этот момент последовал сильный удар по фюзеляжу... Мелькнули языки пламени...

Подбит! Развернув самолёт в сторону своей территории, краем глаза Дмитрий заметил, как Илы делают второй заход на цель. Сбить пламя скольжением не удалось. Попытался приподняться, но нижние привязные ремни держали крепко. Потратил ещё какие-то секунды, чтобы их расстегнуть – за это время успел подлететь к своей территории. С трудом перевалился через борт машины, и, оттолкнувшись от фюзеляжа пылающего истребителя, вытянул кольцо парашюта.

Приземлился на нейтральной полосе, освободился от лямок привязной системы и достал пистолет. Только в этот момент почувствовал боль. Взглянув на руки, увидел, что кожи не обеих кистях нет. Вокруг рвались снаряды и мины. Пришлось ползти к своим. Казалось, что немцы бьют только по нему. Бруствер полуразбитого окопа появился внезапно и, свалившись в него, Дмитрий понял, что спасён. Затем был медпункт, госпиталь, лётный санаторий в Ессентуках...

В родном полку не сразу узнали, что Тормахову удалось спастись, и в Торжок, где жили родители, пошло печальное известие... «Ваш сын пропал без вести при выполнении боевого задания...» Извещение получили в городском военкомате. Вызвали мать Тормахова и сообщили ей скорбную весть. А через несколько дней мать Дмитрия получила его письмо, отправленное из госпиталя.

В строй лётчик вернулся только через два месяца, когда полк воевал уже в небе Украины. Младшего лейтенанта Тормахова назначили командиром звена, затем заместителем командира эскадрильи. Его фамилия неизменно присутствовала в списках групп, выполнявших наиболее сложные задачи. Всё чаще командование полка стало назначать его ведущим групп молодых пилотов на сопровождение штурмовиков. Прикрывали надёжно, и штурмовики это ценили: в армейской газете Тормахова назвали в числе лучших ведущих групп прикрытия.

Вместе с тем, такая специализация отрицательно сказалась на росте личного боевого счёта лётчика-истребителя. Ведь во время непосредственного сопровождения ударных групп штурмовиков и бомбардировщиков, истребителям запрещалось покидать район прикрытия и отрываться  от сопровождаемых ударных самолётов. Они должны били лишь пресекать попытки противника прорваться к сопровождаемым самолётам, используя заградительный огонь и минимум маневра.

По существу истребители сопровождения не имели права выходить из общего боевого порядка с прикрываемыми группами и вступать в самостоятельный воздушный бой. Это полностью сковывало их наступательные действия, ограничивая противодействие противнику только оборонительным огневым контактом для отсечения нападавших от ударной группы. Поставленные боевые задачи истребители выполнили полностью, надёжно защитив подопечные группы. Но пассивная оборона без целенаправленного поиска и уничтожения воздушного врага, с возможностью первым его обнаружить и навязать бой в выгодных условиях, преследовать и добивать, резко снизила результативность Дмитрия Дмитриевича как охотника и воздушного бойца. Сравнение его побед в разные периоды фронтовой работы говорит само за себя. Так, за первые четыре месяца своего пребывания на фронте Дмитрий Тормахов, приобретая драгоценный боевой опыт, в 99 боевых вылетах сбил 10 самолётов противника и ещё 1 уничтожил на земле. И это на ЛаГГ-3, уступавшем по всему комплексу боевых характеристик  своему основному противнику – Bf.109G. При сохранившемся господстве Люфтваффе. За такой же отрезок времени, воюя на Южном фронте (август-ноябрь 1943 года), он провёл 128 боевых вылетов и, в совсем других условиях, почти лишённый возможности проявить себя в воздушных схватках, сумел сбить только 3 вражеские машины…

В конце 1943 года Тормахову пришлось заниматься и разведкой. Особенно трудными были полёты над Никопольским плацдармом, нависавшим над правым флангом и тылами 4-го Украинского фронта. В последних числах декабря командование решило «срезать» этот «балкон», и уже в начале января 1944 года на данном направлении развернулись ожесточённые бои.

Немцы упорно оборонялись, умело применяя танки и самоходки, которые тщательно маскировали. Нужны были большой опыт и особое чутьё, острая зоркость и незаурядная военная хитрость, чтобы увидеть то, что противник всячески скрывал. По непосредственному указанию командующего 8-й Воздушной армией генерал-лейтенанта авиации Тимофея Тимофеевича Хрюкина в авиаполках для поиска немецких танков выделялись лучшие лётчики.

Выполняя эти требования, в 267-м ИАП для ведения разведки выделили две пары. Летали, сменяя друг друга. Несмотря на крайне неблагоприятные метеоусловия в день делали до трёх боевых вылетов. Низкая облачность заставляла снижаться до самых верхушек деревьев и крыш зданий. В таких полётах Яки часто попадали под свирепый огонь малокалиберной зенитной артиллерии и стрелкового оружия врага. Маневрируя, и время от времени маскируясь в облаках, лётчики искали немецкую бронетанковую технику, а обнаружив, тотчас же передавали по радио полученные данные. Благодаря этому только 14 января штурмовики 7-го авиакорпуса уничтожили и повредили свыше 20 немецких танков. В тот же день, командующий Воздушной армией, за умелые действия по наведению штурмовиков на цель, а также проявленные при этом отвагу и мужество, наградил лейтенанта Тормахова орденом Красного Знамени.

В середине января 1944 года 267-й истребительный авиаполк вместе с другими частями дивизии был выведен из состава 8-й Воздушной армии и подчинён Ставке Верховного Главнокомандования. Перерыв в боевой деятельности продолжался свыше 3,5 месяцев. В этот период дивизия приводила себя в порядок, пополнялась лётным составом и новой боевой техникой. В апреле 1944 года Тормахов вместе с товарищами перегнал с Саратовского авиазавода большую группу новеньких Яков. В числе полученных машин были и самолёты, приобретённые на деньги, собранные жителями Донбасса. 12 новых Як-9Т с надписями «Освобождённый Донбас» получила 3-я эскадрилья, считавшаяся лучшей в полку. Комэском в ней был капитан Юрий Тихонович Антипов, а его заместителем – старший лейтенант Дмитрий Дмитриевич Тормахов.

Тогда же в составе эскадрильи появилась и женщина-лётчик, младший лейтенант Мария Ивановна Кулькина. До этого она служила в звене связи управления дивизии, но зимой 1944 года добилась перевода в 267-й авиаполк на боевой самолёт. Обучал Марию трудному искусству полётов на Як-1 и боевому применению этой машины опытнейший лётчик, строгий учитель и экзаменатор, заместитель командира эскадрильи Дмитрий Дмитриевич Тормахов. Лишь после того, как младший лейтенант Кулькина хорошо освоила Як-1, выполнила множество тренировочных полётов в составе пары и группы, её начали посылать на боевые задания: сначала – простые, не связанные с большим риском, затем – сложные... Исполнение профессиональной мечты совпало у Марии Кулькиной с обретением фронтового, безоглядного счастья. Она полюбила командира эскадрильи капитана Юрия Тихоновича Антипова, который сам уже был влюблён в неё. Они стали мужем и женой и, видимо, единственной в советской авиации семейной парой истребителей. С апреля 1944 года капитан Антипов постоянно летал в паре с Марией, которая надёжно прикрывала мужа. А на земле однополчане искренне любовались ратной семейной четой. К сожалению, боевая жизнь отважной лётчицы оказалась короткой. 20 мая 1944 года она погибла в тяжёлом воздушном бою над Днестром, беззаветно оберегая своего Юру...


Лётчик 267-го истребительного полка 236-й истребительной Львовской Краснознамённой авиационной дивизии 17-й воздушной армии младший лейтенант Мария Ивановна Кулькина

 

За несколько дней до этого печального события дивизия возвратилась на фронт и сразу приняла активное участие в Львовско-Сандомирской и Ясско-Кишинёвской операциях. В ходе летних боёв Тормахов добавил к своему счёту ещё четыре вражеских самолёта. Среди них - один сбитый лично, два в группе, а четвёртый, был зажжён при попытке взлёта с аэродрома.

Войну старший лейтенант Дмитрий Дмитриевич Тормахов закончил в Югославии. К этому времени в его лётной книжке было записано 366 боевых вылетов, в том числе 86 - на разведку, 34 - на штурмовку и 186 - на сопровождение бомбардировщиков и штурмовиков. В 71-м воздушном бою он сбил 14 самолётов противника лично (8 Bf.109, 2 Не.111, 1 Fw.190, 1 Bf.210, 1 Ju.87, 1 Ju.88) и 2 в группе (Bf.109 и Fw.190). Кроме того, 2 самолёта (Bf.109 и Ju.52) уничтожил на аэродромах. В ходе штурмовок вывел из строя 2 паровоза, 20 железнодорожных вагонов, 18 автомашин, 8 повозок с грузами и истребил до 200 солдат противника.


Лейтенант Д.Д. Тормахов, капитан Ю.Т. Антипов (комэск) и лейтенант Е.С. Порелов на аэродроме «Раздельная» (район Одессы), май 1944 года

 


Д.Д. Тормахов в центре группы однополчан

 

В феврале 1945 года командование полка и дивизии представило Дмитрия Тормахова к званию Героя Советского Союза. Одновременно было написано представление и на присвоение ему звания Народный Герой Югославии. Как знать, сбей Тормахов в Югославии ещё пару-тройку немецких самолётов, и быть ему Героем двух народов – но не получилось. Самолётов у немцев в Югославии было мало, воздушные бои происходили крайне редко (достаточно сказать, что вся 236-я ИАД сбила за период пребывания в Югославии всего три вражеских самолёта), и случая увеличить свой боевой счёт Дмитрию Тормахову не представилось.

В то время другие соединения 17-й Воздушной армии, в составе которой на заключительном этапе войны воевала 236-я ИАД, вели довольно интенсивные воздушные бои с Люфтваффе в Венгрии, Австрии и Чехословакии. Многие наши опытные воздушные бойцы сбили там по десятку немецких самолётов и более. На фоне столь высокой результативности, объясняемой во многом общим развалом немецких ВВС в последние месяцы войны, кто-то в штабе 3-го Украинского фронта счёл результаты боевой деятельности Тормахова (в наградном листе отмечено 13 лично сбитых самолёта и 2 в составе группы) недостаточными, и наградные документы «положили под сукно».


Старший лейтенант Дмитрий Дмитриевич Тормахов в победном мае 1945 года

 

После войны полк недолгое время оставался в Югославии и Венгрии, а затем в составе 236-й истребительной авиационной дивизии перебазировался в Армению на аэродром Ленинакан. Вскоре старшего лейтенанта Тормахова направили на учёбу в Краснодарскую высшую офицерскую школу штурманов, а в 1948 году он поступил в Военно-воздушную академию в подмосковном Монино. Окончив её в 1952 году, продолжил службу в 119-й истребительной авиационной дивизии. В сентябре 1954 года дивизия (86-й Гвардейский, 157-й и 947-й истребительные авиаполки) получила приказ перелететь из Тирасполя на Урал. В районе Тоцка готовились войсковые учения с применением тактического ядерного оружия. Наряду со стрелковым корпусом в нём были задействованы две авиационные дивизии (119-я истребительная и 140-я бомбардировочная). Руководил маневрами непосредственно министр обороны Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков.

14 сентября 1954 года три полка бомбардировщиков Ил-28 поднялись в воздух. К цели шли девятками. С флангов каждую эскадрилью прикрывали звенья истребителей МиГ-17. Помощник командира 86-го Гвардейского истребительного авиаполка майор Дмитрий Дмитриевич Тормахов увидел, как слева от колонны бомбардировщиков вырос гигантский гриб. Специальные очки защитили глаза от вспышки. Обогнув по огромной дуге место взрыва, бомбардировщики снизились с 10000 метров до 5000 и приступили к бомбометанию. В это время ветром громадное облако пыли стало сносить на строй наших самолётов. Основная их масса успевала проскочить, но самый краешек строя облако всё-таки задевало. И этот краешек составляло звено Тормахова. Предпринимать какие-то сложные маневры, когда рядом в воздухе такое большое количество самолётов, было чревато риском столкновения, и Тормахов со своими ведомыми с боевого курса не свернул – они так и прошли сквозь облако атомного взрыва.

С 1957 года подполковник Тормахов командовал полками в разных военных округах. Освоил МиГ-19 и Су-7 различных модификаций. В 1964 году его назначили командиром 80-го отдельного инженерного авиационного полка (ОИАП). Под этой странной аббревиатурой скрывалось обозначение нового тогда оружия – крылатых ракет. В 1973 году полковник Тормахов ушёл в запас с должности помощника командира дивизии.

Долгое время он был председателем Совета ветеранов 236-й истребительной авиационной Львовской Краснознамённой дивизии. Жил в Сочи. В дни празднования 50-легия Победы Дмитрий Дмитриевич Тормахов стал почётным гражданином Лазаревского района, откуда он начал свой боевой путь в годы войны.

Ветеран награждён тремя орденами Красного Знамени, двумя Отечественной войны I степени, орденом Отечественной войны II степени, Александра Невского, тремя орденами Красной Звезды, югославским орденом «За храбрость» и медалями. Указом Президента Российской Федерации № 212 от 19 февраля 1996 года за мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов, полковнику в отставке Тормахову Дмитрию Дмитриевичу присвоено звание Героя Российской Федерации с вручением медали «Золотая Звезда».

Статья Сергея Феоктистова опубликована в журнале «АвиаМастер» № 5-6, за 1998 год. Автор выразил глубокую благодарность Дмитрию Хазанову за помощь в подготовке этой работы. Представлена с некоторыми изменениями авторского текста и дополнительными фотоматериалами.

 

Вот наградные листы к фронтовым орденам Дмитрия Дмитриевича Тормахова

Первая награда – Орден Отечественной войны II степени
  
  

 

Вторая награда – Орден Отечественной войны I степени
  

 

Третья награда – Орден Красного Знамени
  
  

 

Четвертая награда – Орден Красного Знамени
  

 

Пятая награда – Орден Александра Невского
  

 

 

Истребитель ЛаГГ-3


ЛаГГ-3 88 ИАП «За советскую Грузию» - «Сабтчота Сакартвело». Битва за Кавказ, лето 1943 года

 


Истребитель ЛаГГ-3 - заход на посадку

 

Истребитель Як-1


Як-1 старшего лейтенанта Е.В. Петренко, 20 ИАП

 


Авиаторы у истребителя Як-1Б, 1944 год

 


Як-1Б Леонида Смирнова

 


Як-1Б майора И.Н. Калабушкина

 

Истребитель Як-9


Лётчики 402 ИАП у Як-9Т

 


Як-9 14 Гвардейского ИАП

 


Як-9 14 ГИАП

 


Як-9Д 148 ГИАП после тарана

 


Як-9ДД на испытаниях

 


Як-9Т в ЛИИ

 

Справка по Батайской авиационной школе

Сеть лётных школ и училищ в Советском Союзе начали активно создавать в начале 30-х годов прошлого века. Именно, тогда в стране зародился и развивался мощный воздушный флот, и возникла необходимость в подготовке квалифицированных авиационных кадров – инженеров, конструкторов, лётчиков.

В Батайске в 1931 году была создана одна из крупнейших школ гражданской авиации по подготовке лётных кадров сельскохозяйственной авиации, позднее получившая название Батайской Первой Краснознамённой авиационной школы пилотов ГВФ им. П.И. Баранова.

Батайская авиационная школа ГВФ дала путёвку в небо плеяде замечательных лётчиков. Широкие степные просторы вокруг, благоприятная для полётов погода, удобные пути подъезда по железной дороге – все это учитывалось при выборе места её базирования. В короткое время были построены ангары, мастерские, учебные и жилые корпуса, бензохранилища, складские помещения, стадион, оборудованы спортгородки, классы, поликлиника, ночной санаторий для отдыха авиаторов, произведены по­садки деревьев, кустарников, разбиты цветники.

Большинство курсантов первого набора составляли молодые люди из Батайска, Ростова, Таганрога и других городов и населённых пунктов Ростовской области. В 1932 году состоялся первый выпуск пилотов граждан­кой авиации и технических авиаспециалистов, многие из них были оставлены работать в школе пилотами-инструкторами, техниками и механиками.

Среди первых выпускников, прошедших славный жизненный путь на земле и в небе, были авиационный техник по приборам А.И. Яременко, пилот Н.Н. Гаршер, бортмеханик А.А. Бологов и другие авиаторы.

За большие заслуги перед Родиной в деле подготовки авиационных кадров школа была награждена Красным знаменем и стала называться Первой Красно­знамённой авиационной школой Гражданского воздуш­ного флота имени П.И. Баранова. Баранов Павел Ионович (1892-1933 гг. жизни) с 1924 года был начальником Военно-воздушных сил Рабоче-Крестьянской Красной Армии, возглавлял авиационную промышленность СССР. Погиб в авиационной катастрофе. Похоронен у Кремлёвской стены.

Осенью 1939 г. из Читы в Батайск была перебазирована созданная ранее авиационная школа лётчиков. На тот момент в школе уже учились будущие Герои Советского Союза А. Маресьев, П. Шавурин, Н. Тотмин, П. Харитонов, А. Кожевников и другие. И у них уже были боевые вылеты – во время боёв с японской военной группировкой в районе реки Халхин-Гол авиаторы прикрывали район Читы от нападения врага с воздуха, принимали и эвакуировали раненых в госпитали, снабжали наши войска срочными военными грузами. Аэродромные команды обслуживали прилетавшие из района боевых действий самолёты.

Начав выполнение лётной программы в Чите, курсанты завершили её в Батайске. Школа разместилась на базе Первой Краснознамённой школы гражданского воздушного флота. Из числа её курсантов была сформирована сначала одна, а затем и вторая учебные эскадрильи.

Так расформированная авиационная школа гражданского воздушного флота им. П.И. Баранова стала основой  для создания Батайской военной авиационной школы имени А.К. Серова.

В школе шли интенсивные полёты, лётный состав вырос до восьми эскадрилий, дислоцировавшихся в Батайске, Азове, Зернограде, Кулешовке и Таганроге. Курсанты летали на самолётах УТ-2, И-5, И-15, И-16 и общее число самолётов военной авиационной школы возросло до 300 единиц. Первый выпуск состоялся в июне 1940 года – было подготовлено 542 лётчика. Всего до войны Батайскую авиашколу закончили 1414 лётчиков-истребителей.

В начале войны в школе были организованы курсы по подготовке комиссаров авиационных эскадрилий. В это же время поступают новые истребители ЛаГГ-3, а срок обучения курсантов сокращается до шести месяцев.

Когда осенью 1941 года линия фронта приблизилась к воротам Северного Кавказа, авиационную школу перебазируют в город Евлах Азербайджанской ССР (где она оставалась до мая 1944). Но, несмотря на это, в ней ни на один день не прекращался процесс обучения лётчиков-истребителей по ускоренной программе.

Всего же в предвоенный и военный периоды Батайская авиационная школа подготовила около 4-х тысяч лётчиков-истребителей. Её выпускники самоотверженно сражались в битвах под Москвой, Ленинградом и Сталинградом, на Кавказе, на Курской дуге и Днепре, в сокрушительных сражениях 1944 года, в Берлинской операции. Более 150 лётчиков-серовцев были удостоены высшего отличия – звания Героя Советского Союза. Трое удостоены этого звания дважды.

Широко известно имя Героя-выпускника Батайской лётной школы Алексея Петровича Маресьева (прототип главного героя книги Бориса Полевого «Повесть о настоящем человеке»). Сквозь десятилетия потомки помнят воздушные тараны Петра Ивановича Шавурина. Об огненных таранах Василия Тимофеевича Алексухина и Петра Иосифовича Гучека, направивших свои самолёты в самую гущу вражеской техники, сняты кинофильмы. В Батайской лётной школе учился знаменитый «Маэстро» – Попков Виталий Иванович – прототип главного героя фильма «В бой идут одни старики»; Дольников Григорий Устинович - прототип шолоховского Андрея Соколова («Судьба человека»). Выпускницами Батайской лётной школы были отважные «ночные ведьмы», наводившие ужас на фашистов в прифронтовой полосе на простеньких По-2: Герои Советского Союза Ольга Александровна Санфирова, Евдокия Андреевна Никулина, Евдокия Давыдовна Бершанская, а также первая женщина-лётчица Абхазии, участница Великой Отечественной Войны Мери Хафизовна Авидзба. Батайское лётное училище закончили: дважды Герой Советского Союза, маршал авиации Николай Михайлович Скоморохов, Герой Советского Союза  штурман Павел Никитович Якимов, Герой Советского Союза Нельсон Георгиевич Степанян, Герой России Дмитрий Дмитриевич Тормахов и многие другие серовцы, которые прославили Батайск на весь мир. Память об их подвигах с гордой благодарностью будет передаваться новым поколениям.

Только лётчиками-серовцами, отмеченными высшим званием Героя, за годы войны было совершено более 30-ти тысяч боевых вылетов, проведено более 4500 воздушных боёв и в них уничтожено более 1250 вражеских самолётов.

В Батайское военное авиационное училище школа была переименована 1 октября 1945 года. Училище продолжало готовить лётные кадры вплоть до 1960 года, когда и было передислоцировано в Краснодар, став частью славной авиационной истории Батайска. Краснодарское лётно-техническое училище в Советском Союзе специализировалось на подготовке  иностранных лётчиков и авиатехников более чем из 30 стран мира, в которые поставлялась наши военные самолёты.

В Батайске 9 мая 1985 года в честь выпускников военной авиационной школы и училища в Авиагородке установлен монумент – «Самолёт МиГ-21». А недалеко от центра города, 25 мая 1982 был открыт Комплекс боевой славы лётчиков – «Сквер героев-авиаторов».

Краснодарское высшее военное авиационное училище лётчиков

Категория: Иные статьи | Добавил: kamozin100 (06.06.2017)
Просмотров: 2646 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 2
avatar
0
1 Zele_Boba • 09:18, 29.03.2019 [Материал]
Вечная слава героям, защищавшим Родину и освобождавшим мир от фашистов. Просьба исправить опечатку под фотографией Тормахова, Антипова и Погорелова. Ошибочно написано "Порелов"
avatar
0
2 igor_mosin • 18:20, 18.05.2019 [Материал]
В подписи к отмеченному вами фото нет внесённых нами опечаток - фамилии авиаторов указаны точно по авторскому источнику: статье Сергея Феоктистова "Дмитрий Тормахов" из раздела "Асы мира" в журнале "АвиаМастер" №5-6 за 1998 год (страницы 37-40).
avatar